Мир всем вам

Отрывки из произведения Артура Черного "Мир всем вам"©

*******************************************************************************************************************************************************

Декабрь 2000 года. Северный Кавказ:
Уже прошел и остался позади долгий месяц зимы. Я все чаще задумывался, но не мог понять и ответить себе, для чего я вернулся обратно. Видит Бог, не из-за денег. Мне не хватало воздуха до тех самых пор, пока я вновь не ступил на эту землю. А, ступив, не сдерживаясь, закричал: "Горы! Я вернулся к вам!!!"
Горы! Они ничуть не изменились за эти три месяца. Разве что почернели их, оставшиеся без листвы деревья, разве что побелели их рыжие голые вершины.
Горы! Почему-то в тот миг я был по настоящему счастлив. Мне казалось, я действительно обрел настоящее человеческое счастье, которое еще никогда не подходило ко мне так близко. А ведь несколько дней назад, дома, в Даурии, Моздоке и Ханкале, я думал, что у меня навсегда охладело сердце, навсегда откипела кровь. Несколько дней назад я еще задыхался от горя и отчаяния. И вот теперь, когда мы прыгали с вертолета на утоптанный снег плато, я понял, что он пришел, долгожданный Мой день. Самый счастливый день, когда меня слышали все: "Горы! Я вернулся к вам!!!" Теперь я знал, что избавился от всех своих волнений и неудач, которые преследовали меня в прошлой жизни. Там, где так легко жилось до Чечни и так невыносимо после. Я понял, что уже не могу без войны. Придя ко мне однажды, она так легко завладела моей душой и отняла у меня сердце. Ну, разве можно было не вернуться сюда? К этим рейдам и зачисткам, к этим аулам в высоких горах. К тому дикому напряжению сил и нервов, которое они рождали. К этой ненависти и страху, усталости и равнодушию, к опасности и риску.
К риску! Я, никогда не болевший азартом, вдруг открыл для себя самое большое его безумие: если уж чем-то рисковать, то только собственной жизнью. Это ведь самая азартная игра! Это ведь самая дорогая ставка! Люди, вы убоги, те, кто играет на деньги, на интерес, для славы. Вы мелочны и не знаете настоящей игры.
Чечня... Страна боевого солдатского братства. Страна риска, мужества, честности, жертвенности собой. Нужно было быть бесчувственным негодяем, чтобы это забыть.
Иногда мне казалось, что все могло быть иначе, если бы кто-нибудь, очень близкий мне человек, объяснил, что все лечит время, что не нужно убегать на войну, что все еще образуется в моей жизни, снова встанет на прежнее место. Что нужно просто жить дальше. Я ведь думал только одно: "А как жить, если я не умею этого делать? Если слишком поздно учится этому ремеслу?" Я просто испугался тишины. Я давно научился не верить в ее обман. И меня никто не остановил, не отговорил, не дернул вовремя за руку. Никого не было рядом, чтобы предотвратить сумасшедший этот поступок. Оставшись наедине с самим собой, не требовалось большого времени на раздумье. Почему-то при мысли о том, что я могу выбирать между миром и войной, приходило чувство самостоятельности и уверенности в себе.

... Зачем я ходил туда, зачем набивал мозоли, мерз, голодал, рисковал быть убитым? Откуда оно взялось, это желание, везде успеть?
Меня гнал туда страх. Он сидел где-то в подсознании и не переставал подавлять разум. Теперь я боялся остаться наедине со своим разумом, который все время задавал один и тот же вопрос: "Что будет потом, когда всё это кончится?" Эти мысли не приходили во время операций, там было не до них, они появлялись только в лагере, только в расположении батальона. И я бежал от этих дум в самую чащу дремучей Чечни! В самые жуткие и непроглядные ее места! Уж лучше бой, кровь, смерть, чем это одиночество, чем этот страх перед неизвестностью. Но проклятый голос разума преследовал меня и там: "Что будет потом, когда всё это кончиться?" "Ничего! - заходилась криком моя душа, - Ничего такого, кроме того, что я потеряю смысл жить".
И тогда я нашел единственный выход: только начав шестимесячный срок своей службы, я решил продлить его на год.

... Май 2001 года. Дома:
В тот день, когда я принял решение вернуться, что-то легкое и чистое наполнило мою душу. Я вдруг понял, что мне больше не требуется война. Что, наконец, она исчерпала себя, наконец, вернула мне потерянную свободу. Это произошло в один миг. В один миг, который освободил меня от прошлого и решил всё! Я, словно впервые обернулся вокруг и увидел, сколько мерзости, дряни, преступлений и зла, окружали все это время мой жизненный путь. И по какой грязной, отхожей дороге, я шагал в завтрашний день. А сколько безвинных людей погубила война, сколько сожгла плодородной земли, сколько свалила городов, обрушив доныне неприступные стены?..
Но это уже безразлично... Если еще вчера я давал клятву в вечной верности своему делу, еще вчера собирался потратить на войну пол своей жизни, то теперь не мог смотреть на этот кошмар. Теперь мне было все равно, закончиться ли вообще вторая чеченская, и скольких еще живых отправит она могилу. Было все равно, сколько лет продлиться эта беда ...Я просто не знал, как вынести один-единственный ее день. Потому что до сих пор не был убит, а жить дальше уже не мог! Потому что еще немного, и я бы сошел с ума!
Теперь мне все равно, что будет там без меня. Хоть весь Кавказ полыхнет огнем и провалится в преисподнюю.

... Я гулял в парке и ни о чем не размышлял, кроме войны. Садился на лавочки и равнодушно отмечал деревья, из-за которых удобнее пустить в меня пулю. Останавливался в каком-нибудь кафе и всегда прислушивался к играющим там песням. Не проплачет ли "Кукушка", не прогремит ли "Черный тюльпан". Я встречался с девушками и, глядя на них, почему-то представлял их мертвыми. Убитыми, брошенными с прострелянной головой. Представлял не от какого-то садизма, не в приступе какой-то жестокости. Нет. Эта картина была меркой моей симпатии к ним. Я видел их мертвыми и только тогда разбирался в своих чувствах. Только тогда мог точно сказать, которая из них не безразлична моему сердцу. Меня притягивали все заброшенные, все недостроенные в городе здания. Только они, нежилые эти дома, казались мне по-настоящему завершенными шедеврами архитектуры. Только они были достойны моего восхищения. Я ходил вечерами смотреть на городские огни и вновь видел перед собой походные костры и пожары. Я не общался с людьми, которые не были "там", а, если и вступал в разговор, то просто не слышал их. Я закрывал глаза и вновь возвращался в Чечню...

... Но пропадали сны, и меня поднимал на ноги день. Я выходил в город, и все еще шарахался от каждого звука и свиста, подавляя в себе желание броситься на землю. Все еще боялся наступить на газон, хотя уже давно не рвались под ногами мины и фугасы. А еще со мной случилось нечто непоправимое и страшное: я полюбил одиночество. Полюбил его давно и только сейчас понял, насколько велико мое чувство. Теперь я мог часами сидеть в своей комнате, часами одиноко бродить по улицам. Мне не нужна была ни одна живая душа. С ними было так сложно, с окружающими меня людьми, они всегда требовали общения, присутствия, постоянно отвлекали, задавали свои вопросы. А мне не хватало покоя. Не хватало мертвой пугающей тишины.

... Мой дом навсегда меня потерял. Он просто ушел в тень, остался без дел, мой состарившийся учитель. Неожиданно я стал старше своего дома, своих родителей, сверстников и друзей. Стал мудрее и проще, перестал нуждаться в советах и опекунах. Когда-то мой дом готовил меня к жизни, а оказалось, что он не знал ее сам. Он все детство учил меня, как правильно играть в войну, а, вышло, что был негоден предмет. Он передал мне детский естественный страх перед гробами и кладбищами, рассказал столько историй об оживающих мертвецах, а я разобрался, что мертвое - это то единственное, чего не стоит бояться живым. Единственное, что уже неспособно причинить зло. И все эти истории об оживающих мертвецах на поверку оказались лишь сказкой. Я никого не встретил на своей дороге из тех, кто погиб. Хотя так этого ждал! ...Да, мой дом навсегда меня потерял. Я обогнал его в возрасте и не нашел в нем своего места.
Мне некуда и не к чему было вернуться. Даже дом, и тот, сделался чужим для меня. Я ничего не успел узнать, увидеть в жизни до войны, а все, что увидел на ней, была смерть. Моя жизнь началась со смерти, и только с нее. И, если до войны я не знал ничего о смерти, то теперь мне не требовалось к кому-то идти, чтобы открыть эту истину. Я сам, сам отыскал ее! Я нашел смысл жизни! Это смерть и ничего больше ...А разве этому учила меня школа, родители и дом? Нет. Они врали мне. Они скрывали от меня истину. Оказалось, вся моя прошлая жизнь была ложью. Как и весь мир, что меня окружал, оказался лишь негодной фальшивой декорацией... А война открыла мне правду. Она была честна со мной, она первой сказала мне, что я обязательно умру.

... Если раньше я писал предсмертные письма, то ничего не стал делать теперь. Прошли годы и он, наконец-то, умер во мне, тот маленький наивный романтик, когда-то переживавший, что ему откажет военкомат. Теперь меня мало волновало, что после скажут друзья, сколько дней или лет будет лить слезы родительский дом. У меня не было столько слов и бумаги, чтобы что-то им объяснить. Как и не было другой дороги из Грозного, кроме как на тот свет. Ведь я чувствовал, ведь я знал, что и в этот раз выйду отсюда живым. А, значит, вернусь сюда вновь. А значит, всё начнется сначала: унылые коридоры медицинских комиссий, немые упреки врачей, внимательные - не скрыть ничего - глаза мамы, скорые, как жизнь, самолеты, медленные, как день, поезда, бесприютные аэродромы Моздока, непролазная грязь Ханкалы, и снова Грозный, а может Шали, а может Шарой...
Не могу больше!!! Не могу!!!
О чем же я думал, сидя на заднем дворе отдела, с единственным патроном в патроннике? Поздним мартовским вечером, когда нажимал на курок своего автомата. Да, ни о чем. Всё было давно передумано. Помнится, я удивился лишь одному: оказывается, это не требует большого умения - стрелять себе в голову. Нужно лишь сунуть под челюсть ствол и упереть в землю приклад. И всё. Главное, ни о чем не думать, иначе дрогнет рука ...И все-таки я подумал. Мысль, что так и не стала последней, звучала: "Курок вниз".
Но он предал меня, мой автомат - друг и брат, о котором я заботился больше себя. Он лишь наколол капсуль, но не выплюнул пулю ...Обычная осечка, которая погубила сотни жизней, но сохранила одну.
Не вставая с земли, поднеся к лицу ствол, я безумными глазами смотрел в черный его провал, пожалевший свинца. Я ничего не видел и не слышал вокруг. У меня заложило уши от едва уловимого звука осечки... Можно было пристегнуть валявшийся рядом рожок, но у меня уже дрожали пальцы. Можно было попробовать еще раз, но я уже захлебывался от слез... Я сидел один на заднем дворе отдела, подальше от фонарей и постов. Сидел и плакал от горя, что никакой я не хозяин своей судьбы. Что только обычный раб, над которым глумится жизнь. Потому, что даже когда я решил от нее избавиться, она просто подменила патрон.
Кто же вмешался тогда? И для чего? Ведь я не приглашал Господа на этот пустынный двор. Потому что никогда не верил в него. Не ходил в церкви, не исповедовался, не ждал никакого прощения.
Да, нет. Никто не вмешался. Просто я - неудачник! Безвольное существо, которое, имея при себе руки, не способно дважды нажать на курок.
...В тот вечер я узнал, что думает перед смертью самоубийца. Никакого пафоса, никаких высоких материй. Все очень просто: "Курок вниз".

...Со дня возвращения туда и до сегодняшнего, не было такого, когда бы я не думал о самоубийстве. Целый год хотел я лишь одного: поскорее приблизить смерть. Хотел встретить ее весной, ждал её осенью, звал в казарму и в собственный дом. А она вечно приходила к другим. Вечно пряталась от меня, заметая следы. Поднималась заря, а я стоял на ногах, падало солнце, а я оставался в живых. И так повторялось весь год! Что ни день, то скверная копия прожитого вчера, что ни час, то всё меньше надежды на смерть. А теперь, когда у меня забрали оружие, когда не стреляли вокруг, она стала такой роскошью, она укатила в такую даль, моя смерть, что я словно приблизился к вечности.
И вот я замкнулся в себе. Стал разговаривать с зеркалами, с портретами, со стенами в собственном доме. Стал сторониться людей. Для меня перестали существовать родственники и друзья. Они были где-то недосягаемо далеко, за дверью моей квартиры, которую я не открывал много дней. Много дней я сидел в своей комнате, и не находил ни одного важного дела, чтобы шагнуть за порог. Совсем зарос бородой, давно не смотрел в календарь... А теперь, ко всем бедам, ко мне привязался страх. Тяжелый животный страх, что легко одолевал разум. Он будил за полночь, бросал меня в дрожь и, как ребенка, загонял под одеяло. Этот ужас являлся из Грозного. Он находил меня каждую ночь и ни разу не ошибался дверью. А я не мог справиться с этим кошмаром... И этими же ночами ко мне приходили товарищи. Приходили в мороз, загорелые, в тельняшках, с оружием, легко одетые. Они погибли летом и помнились именно такими. Они садились рядом, долго разговаривали со мной, смеялись и вспоминали общее прошлое. На них не было трупных пятен, они ничуть не постарели за это время. С ними было так просто и так легко, что мне не хотелось никого отпускать. Но вот все брали оружие и поднимались, чтобы уйти. И, уходя, звали меня за собой. Протягивали руки и говорили: "Пойдем с нами". Я подавал ладонь и, радуясь непонятно чему, шел за ними. А, просыпаясь, знал, что этим летом они ждут меня там. Знал, зачем они приходили. Это была их миссия - заранее показать мне дорогу, чтобы я не заблудился без провожатого. Я понимал это. Понимал, что следующее возвращение станет последним. Понимал и снова хотел вернуться... Понимал и не знал, что делать теперь...
Оставалось только одно: ждать. Ждать неизвестно чего.
Когда на этой земле вновь наступит весна, я постараюсь все позабыть. Пусть прошлое оставит меня в покое, и больше не следует по пятам. Пусть память о прожитом перестанет наведываться в мой дом и приглашать в него мертвых. Я больше не хочу видеть их тени, они вечно оставляют следы. Да не на половицах, а сразу в душе. Я не желаю больше слышать об этой войне. Не хочу дружбы тех, кто делил со мной эти дни. Пускай они будут рядом, но не вспоминают Чечню. Я просто не могу жить с этим дальше. Пусть Бог поменяет мой путь. Пусть завтра начнется новая жизнь. Мерзавца или героя, отступника или пророка. Мне уже все равно, что ждёт впереди.
Теперь я хочу только одного: все позабыть. Но до конца жизни не смогу этого сделать.

*******************************************************************************************************************************************************

Я не буду ничего комментировать, просто скажу, что все так. Прочтите полностью...

С праздником, морская пехота!



Сегодня праздник - День морской пехоты. В этот день 306 лет назад Петр I издал Указ о формировании первого "полка морских солдат".
Мои поздравления, мужики!

Деньги

Москва. 25 ноября. ИНТЕРФАКС-АВН - В Вооруженных силах России создается Единый расчетный центр (ЕРЦ) Минобороны, через который с 2012 года будут осуществляться все виды выплат личному составу армии и флота, заявил "Интерфаксу-АВН" начальник управления Департамента финансового планирования Минобороны Юрий Батраков.
"Единый расчетный центр Минобороны РФ начнет функционировать с 1 января 2012 года. Через него будет начисляться все денежное содержание всему офицерскому и рядовому составу видов и родов войск по безналичному расчету - на банковские карточки", - сказал Ю.Батраков.
Он подчеркнул, что по безналичному расчету в Вооруженных силах будут проводиться все виды денежных выплат.
"Не только денежное содержание офицерам и солдатам, но и расходы на командировочные, поездки, премии, а также другие выплаты будут выплачиваться по безналичному расчету"
, - уточнил начальник управления.
Кроме этого, отметил Ю.Батраков, по безналичному расчету будет также выплачиваться пенсия ветеранам армии и флота, которые стоят на учете в министерстве обороны и получают пенсии через военкоматы.
Ю.Батраков отметил, что Единый расчетный центр Минобороны будет находиться в Москве. "Сейчас мы проводим сборы с военными финансистами военных округов и флотов, на которых отрабатывается практика расчетов чрез банковские карточки, которая будет применяться в войсках с нового года", - отметил он.
Ю.Батраков не исключил, что на первом этапе безналичных расчетов в войсках могут возникнуть трудности, особенно с обустройством банкоматов и их обслуживанием в дальних гарнизонах, а также в ряде российских военных баз, которые находятся за рубежом.

Да, главная проблема как всегда будет в документообороте. Потому что пока все не войдет в нормальный рабочий режим, будут кое-где проблемы с выплатами, это к бабке не ходи. Предсказываю, минимум первую половину года регулярные жалобы на работу нового центра: что-то недооформят, что-то не успеют, что-то затянется.

Насчет критики

Тут давеча Макаров весьма нелестно прошелся по нашим вооружениям, мол, отстают от западных, характеристики плохи. Как я уже говорил, это отзвуки борьбы МО с ВПК за ценообразование и качество продукта. Тем не менее, возникают споры, мол, как же так, не может быть, наши-то нормально делают. Спора нет, что-то нормально делают, а что-то не очень. И вот про это "не очень" как-то совсем не принято говорить. Преобладает мнение, что злобные военные исключительно из вредности терроризируют ВПК, а уж он-то, отбиваясь от нападок, скромно делает все самое лучшее.
Давайте-ка внимательно прочтем интервью с директором "Уралвагонзавода" Олегом Сиенко за октябрь этого года, в котором он рассказывает о крайней модификации Т-90С:

— Недавно на выставке вооружений в Нижнем Тагиле впервые был продемонстрирован модернизированный танк Т-90С. Чем он принципиально отличается от предыдущей модификации?

О.С. — В декабре 2009 года было совещание в Нижнем Тагиле, которое проводил премьер Владимир Путин. Мы подверглись критике со стороны военных по качеству продукции — говорилось о том, что наши изделия не соответствуют заявленным параметрам. Мы обратили на это внимание, все претензии записали, потом их же проанализировали. И приняли решение, что мы должны создать машину по тем замечаниям, которые нам были предъявлены. И сделали это не просто по собственной инициативе, а еще и за свой счет — Минобороны на разработку Т-90С ничего не выделяло.
— Какого рода претензии предъявлялись?

О.С. — Прежде всего были претензии по неудовлетворительному состоянию пушки, по очень слабому двигателю, по отсутствию автоматической трансмиссии, по неудобному расположению экипажа внутри танка, по слабой защите башни. Мы это учли и на модернизированном Т-90С практически на 50% все поменяли: поставили более мощный двигатель, заложили другой конструктив к защите машины. Те, кто был внутри, отмечали, что у нее очень комфортная кабина. Помимо этого был переработан практически весь программно-технический комплекс, который позволяет сейчас четко и быстро осуществлять наводку на цель.



Вам не кажется странным, что на "не имеющем аналогов в мире" (как у нас часто любят говорить) танке пришлось менять половину оборудования, которое, как выясняется, было откровенно плохо сделано и меняться в лучшую сторону само по себе явно не хотело (пока военные не сказали, что брать не будут)? Значит, критика военных все-таки имеет под собой основания?

Еще раз повторю: обе стороны "хороши", пусть работают над ошибками на благо общего дела. Чтобы потом не пришлось в СМИ изображать агнцев и волков перед нами.

Проблемка

Выдало сейчас вот такой бсод



Советы?

О "забитых ботаниках"

1-я бригада управления в Подмосковье

Взяточка

Сообщение от ГВП:
7 ноября с.г. при получении взятки в размере 100 тыс. рублей через посредников военными прокурорами совместно с сотрудниками полиции задержан начальник отдела военного комиссариата г. Санкт-Петербурга по Петродворцовому району Н. Урывский за освобождение призывника от службы в армии.
Ранее, 19 октября этого года, за получение взятки в такой же сумме был задержан начальник отдела военного комиссариата г. Санкт-Петербурга Петербурга по Курортному и Кронштадтскому районам М. Бабанов.
По материалам прокуроров в отношении Н. Урывского и М. Бабанова за покушение на получение взятки и взятку (ч.3 ст.30, ч.3 ст.290 и ч. 3 ст. 290 УК РФ соответственно) возбуждены два уголовных дела, военные чиновники задержаны.


Хм, а когда появятся задержанные за дачу взятки?

ВДВ

А давайте побеседуем на тему применения ВДВ в современных условиях ведения боя?

Сами офицеры-десантники говорят, что не верят в массовое десантирование личного состава и техники на территорию противника, т.к. скорее всего потери будут слишком велики еще на стадии подлета. Допускают только возможность выброски небольших групп для разведки и диверсий в тыл врагу, причем только на парашютах по типу "Арбалета", которыми можно управлять в отличие от стандартных Д-5, Д-6.
Так может и технику надо заменить в ВДВ на что-либо более защищенное, а не облегченное по максимуму БМД? В свете БМД-4М, которая практически аналогична пехотным БМП, может не стоит огород городить с разными машинами, а делать уже единую?

Подскажите, что за винтовка

На сайте госзакупок опубликована информация об аукционе, проводимом минобороны, по закупке снайперских винтовок калибра .338 Lapua Mag. с патронами и специальным имуществом. Всего 800 комплектов.
Требования:
- Карабин с продольно скользящим затвором, с дюралевым ложем со складывающимся прикладом, с регулируемой щекой приклада и затыльником, с возможностью установки кронштейна для крепления предъобъективной насадки ночного видения, с планкой ""Пикатини" для крепления оптического прицела
Калибр, мм. - .338 Lapua Mag; Длина в боевом положении, мм. - 1272; Длина в сложенном состоянии, мм. - 1050; Длина ствола, мм. - 690; Вес без патронов, кг.- 6; Емкость магазина, кол. патронов - 6.
- Сошки к карабину с возможностью регулировки по высоте.
- Оптический прицел с переменной кратностью не менее 3-12 крат, диаметр объектива 50 мм. Диаметр центральной трубки 34 мм. Вес не более 800 гр. Длинна прицела не более 390 мм. С прицельной сеткой Mil Dot, с вводом угловых поправок на барабанах 3,6 мм на 100 м.
- Цельный кронштейн, 34 мм
- Дополнительный ствол к карабину кал. .338 Lapua Mag.
- Кофр водостойкий, высококачествнный, черный с габаритными размерами: длина 130-135 см, ширина 35-38 см, Масса не более 5 кг.
- Специальный погон, многофункциональный, погон для одноствольной двуствольной винтовки, 150 г., наплечник толщина - 11 мм; длина - 65 мм; НЕОПРЕН, концы из натуральной кожи.


По приведенным ТТХ подскажите конкретную модель винтовки. Пока очень похоже на Accuracy International L96 A1 / Arctic Warfare

Есть еще вариант с таким прицелом:
Оптический прицел с переменной кратностью не менее 5-25 крат, с чехлом, диаметр объектива 58 мм. Диаметр центральной трубки 34 мм. Боковой барабан отстройки паралакса (от 90 метров до бесконечности).Бленда с вкладышем, комплект откидывающихся крышек на объектив и окуляр, Барабанчик вертикалных поправок EREK (90 кликов на оборот) со стопором вращения барабана. Барабанчик горизонтальных поправок US#3 M40 (105 кликов на оборот) со стопором вращения барабана Вес не более 1200 гр. С прицельной сеткой Mil Dot, 11-и позиционным регулятором подсветки сетки (красной).

И с таким:
Оптический прицел с переменной кратностью не менее 3,2-17 крат, с чехлом, диаметр объектива 44 мм. Диаметр центральной трубки 34 мм. Боковой барабан отстройки паралакса (от 60 метров до бесконечности).Бленда с вкладышем, комплект откидывающихся крышек на объектив и окуляр, Барабанчик вертикалных поправок EREK (90 кликов на оборот) со стопором вращения барабана. Барабанчик горизонтальных поправок US#3 M40 (105 кликов на оборот) со стопором вращения барабана Вес не более 1000 гр. С прицельной сеткой Mil Dot, 11-и позиционным регулятором подсветки сетки (красной).


Для желающих постенать об отечественном оружии напоминаю, что пока нет российских винтовок, которые удовлетворяли бы требованиям военных по стрельбе на дальности свыше 500 метров (до 500 есть СВД). Т-5000 от "Орсис", которая достаточно перспективна, пока еще дорабатывается и проходит испытания.

Продолжение августовской истории

Как-то в августе я написал пост про одно армейское видео, где одни солдаты катались на других, причем, явно против воли «лошадок». Предлагал бороться с этим явлением путем заявлений в интернет-приемную главной военной прокуратуры. Я тогда и сам писал подобное заявление, и до меня, как выяснилось, кто-то написал. И вот результат:


Собранные 459 военным следственным отделом Следственного комитета Российской Федерации, дислоцированным в городе Кронштадте, доказательства признаны судом достаточными для вынесения приговора военнослужащим войсковой части 33491 старшине 2 статьи контрактной службы Ростиславу Даракчану, а также проходящим военную службу по призыву старшему матросу Сахибу Гаджиеву и матросам Максиму Пашинскому и Осману Шамурадову. В зависимости от роли каждого они признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий, совершенное с применением насилия и с угрозой его применения), ч. 5 ст. 33 п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ (пособничество в превышении должностных полномочий, совершенном с применением насилия), ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 286 УК РФ (пособничество в превышении должностных полномочий).

Следствием и судом установлено, что 27 апреля 2011 года Даракчан, являясь командиром отделения и желая оставить воспоминание о военной службе, после команды «отбой» приказал двум дневальным по роте надеть противогазы и встать на четвереньки. Когда к ним на спину сели «наездники», он потребовал от них «бежать» по центральному проходу казармы наперегонки. Затем Даракчан приказал проделать то же самое двум другим военнослужащим. Потом он потребовал от потерпевших бежать наперегонки вдоль центрального прохода, держа «наездников» на плечах. К преступным действиям Даракчана присоединились Гаджиев, Пашинский и Шамурадов, которые вместе с младшим командиром выступили в качестве «наездников», размахивавших штык-ножами, а также принуждали потерпевших подчиниться, угрожая применением насилия, а Даракчан и Гаджиев непосредственно применили к потерпевшим насилие. Все происходящее Даракчан приказал снять на камеру своего мобильного телефона одному из подчиненных ему матросов. В августе текущего года данная видеозапись появилась в сети Интернет.


( Читать дальше )